Subject: Просто сказка

From: "E.K." <[email-masked]>
Date: Sun, 10 Nov 1996 20:22:10 +0300

ХРУСТАЛЬНЫЙ  ОБРАЗ
               (Грустные  сказки  о  любви)
Сказка первая.
                        Канатоходец

	Он знал, что рано или поздно это должно было случиться. Никогда не
угадаешь заранее, что будет тому причиной, и, потому, готовым к этому
нужно быть всегда. Сколько он себя помнил, он ждал этого предательского
момента, за которым лишь краткий миг полета, страшная вспышка боли и
бездонная темнота, поглощающая тебя целиком и навсегда.
	И потому, когда канат неожиданно провис и перед глазами поплыли
изумительные оранжевые круги, Канатоходец отчетливо осознал, что сейчас
он сорвется.
	Он не испугался, не закричал и не впал в панику, ведь он давно уже был
готов к этому. Канатоходец закрыл глаза, бесполезные в этой бешеной
круговерти запрокинутых лиц, жадно глядящих на него и доверился своему
чутью. Один взмах шестом, другой, ну где же канат? Он сконцентрировал
все свое умение и опыт, и, балансируя на старой гнилой веревке,
отвоевывал у смерти секунду за секундой. А когда Канатоходец
окончательно понял, что удержаться уже не удастся, он широко открыл
глаза, чтобы в последний раз взглянуть на обтрепанный купол шапито. В
какую-то мельчайшую долю секунды, отделявшую его от падения, вместились
и трагическая тишина внезапно умолкшего оркестра, вскрики друзей, и
сотни глаз, ожидающих увидеть такое экзотическое зрелище. И именно эти
жадные липкие взгляды, безжалостные и злорадные, устремленные к нему со
всех сторон, должны были стать последним толчком, отделявшим Канатоходца
от гибели.
	Но судьбе было угодно распорядиться иначе. Чем же ещ╦ объяснить, что
срываясь вниз, он поймал на себе один совершенно необычный взгляд
огромных девичьих глаз. Ужас и страх за Канатоходца, боль и жалость,
любовь и нежность, а главное, желание помочь и даже взять на себя ту
дикую боль, что ворвется в его тело через секунду - сплелись в этом
взгляде в диковинный клубок. И, ещ╦ не успев ничего осознать,
Канатоходец интуитивно поверил этому взгляду и словно оттолкнувшись от
него, успел перевернуться, и вцепиться руками в канат. Публика
разочарованно ахнула и сплюнула, злобно выругавшись.
	Потом были объятия друзей, выволочка от хозяина шапито и неуемное
желание узнать кто же та девушка спасшая его. В краткий миг падения он
разглядел лишь е╦ глаза, точнее их выражение. Но пойди найди в этом
мрачном городе девушку, если помнишь только то, как она смотрела на
тебя. И пробродив всю ночь по пустынным улицам и площадям, пугая
случайных прохожих, и ускользая от ночной стражи, Канатоходец к утру
вернулся в свой фургончик.
	А вечером было новое представление и он опять ш╦л по тонкому
ненадежному канату. Только на этот раз он смотрел не вперед, как обычно,
а вниз. Так идти было намного сложнее и он с трудом сдерживал
головокружение, но зато вся публика была перед ним как на ладони, и он
мог е╦ как следует рассмотреть. Канатоходец уже отчаялся найти свою
спасительницу, внимательно оглядев всю галерку, партер и ложи, когда
вдруг вновь окунулся в этот удивительный и волшебный взгляд. А
окунувшись и проследив за ним, едва опять не сорвался вниз. Он
покачнулся и даже выронил шест, - этот взгляд полный любви и тревоги
исходил из королевской ложи, где сидела девушка в серебристой полумаске.
Канатоходец закрыл глаза и заставил себя успокоиться. А потом, когда
сердце уже не выпрыгивало из груди, а внезапно вспотевшие ладони были
тщательно вытерты об трико он взглянул вниз, в эти спасительные глаза. И
когда их взгляды встретились, и девушка из ложи покраснела, увидев, что
он все понял, Канатоходец только для не╦ одной сделал двойное сальто
назад. Публика была в восторге, а незнакомка отблагодарила его таким
взглядом, что ему захотелось спрыгнуть к ней вниз немедленно.
	Так продолжалось довольно долго. Каждый вечер девушка в полумаске
занимала свое место и затаив дыхание следила за Канатоходцем. А тот,
выполнив обычный набор трюков останавливался, и бросив долгий и
внимательный взгляд на королевскую ложу, проделывал нечто такое, что
никто и представить себе не мог. И за все время этого удивительного
романа во взглядах, Канатоходец не разу ни повторился.
	Я не знаю точно, встречались ли они помимо этих ежевечерних
представлений и было ли известно Канатоходцу кто она, девушка из ложи.
Хотя, думаю, что он все знал, иначе не выш╦л бы на арену в тот последний
вечер, когда цирк оцепили королевские жандармы. Видимо кто-то донес
королю, что его дочь увлеклась уличным шутом из балагана. Местный
король, вообщем-то, был не то чтобы очень жесток, но честь семьи ценил
превыше всего. А посему, Канатоходец нисколько не удивился, когда в один
из вечеров его друг клоун предупредил, что канат подрезан и порвется,
едва Канатоходец на него ступит.
	Он знал, что рано или поздно это должно было случиться. Конечно же он
мог бы бежать, но ведь тогда он вряд ли когда-нибудь ещ╦ увидит этот
чудесный взгляд, так много ему давший и столькому научивший. И он выш╦л
на арену. Он старался быть предельно осторожен идя по канату, но, дойдя
до середины, Канатоходец разглядел место надреза и понял, что это конец.
Канат и так-то был не ахти, а теперь вообще держался на двух тонких
нитках. И последний раз взглянув в эти ставшие такими родными глаза, он
крепко зажмурился и шагнул вперед. Он ясно ощутил как лопнул под ногой
канат. Внизу заорали: "Ух-ты!", и предсмертная легкость окутала тело. Но
падение было столь кратким, что Канатоходец даже не успел его
почувствовать. Не успел потому, что под ногами ясно прощупывался другой
канат! Боясь поверить в это чудо, не открывая плотно зажмуренных глаз,
он ощупью пош╦л по этому неизвестно откуда взявшемуся канату.
	А обалдевшая публика, разинув рты, во все глаза глядела, как между
двумя болтающимися обрывками каната по тонкому лучику взгляда уверенно
ш╦л Канатоходец.